СУДЕБНАЯ ПАЛАТА ПО ИНФОРМАЦИОННЫМ СПОРАМ
ПРИ ПРЕЗИДЕНТЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
"О ПРИМЕНЕНИИ ПРИНЦИПА ПРЕЗУМПЦИИ НЕВИНОВНОСТИ В ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ЖУРНАЛИСТОВ"
(ПО ЗАПРОСУ ЦЕНТРА “ПРАВО И СРЕДСТВА МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ)
Рекомендация № 2(11) от 24 декабря 1997 г.

В Судебную палату по информационным спорам при Президенте Российской Федерации поступил запрос Центра “Право и средства массовой информации” о том, может ли принцип “презумпции невиновности” в его юридическом смысле являться ограничением для профессиональной деятельности журналиста, не являющегося должностным лицом.

Поводом к обращению в Судебную палату послужило принятие Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации в первом чтении законопроекта “О телевизионном вещании и радиовещании”, пункт 1 статьи 18 которого устанавливает: “вещатели обязаны: ...не распространять информацию, нарушающую презумпцию невиновности, либо предопределяющую решение суда...”.

Рассмотрев указанное обращение, Судебная палата пришла к следующему заключению.

Общепризнанный правовой принцип презумпции невиновности в российском законодательстве сформулирован в части 1 статьи 49 Конституции Российской Федерации.

Согласно норме, содержащейся в этой статье, каждый обвиняемый в совершении преступления, то есть лицо, в отношении которого вынесено соответствующее постановление в порядке, предусмотренном УПК РСФСР, считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

Однако, как полагает Судебная палата, обязанность соблюдать принцип презумпции невиновности в смысле указанной конституционной нормы распространяется только на те государственные органы и их должностные лица, которые имеют полномочия налагать ограничения на права и свободы человека и гражданина.

Только суду дано право признавать человека виновным в совершении преступления со всеми правовыми последствиями.

Что же касается журналистов, которые проводят собственное расследование или освещают ход предварительного следствия по уголовному делу, то они, с одной стороны, реализуют конституционную норму о свободе массовой информации, а с другой – выполняют профессиональный долг, информируя читателей об обстоятельствах, имеющих общественный интерес.

При этом журналисты не относятся к категории лиц, обладающих полномочиями по ограничению прав и свобод гражданина. Поэтому никакое мнение журналиста, прозвучавшее в теле,- радиоэфире, содержащееся в газетной публикации, в силу указанной конституционной нормы не может юридически повлиять на право человека считаться невиновным.

По тем же основаниям представляется неправомерным требование к вещателям “не распространять информацию... предопределяющую решение суда”. Действительно, только суд вправе устанавливать виновность гражданина. Но данное обстоятельство не может служить основанием к ограничению права журналистов, иных лиц (включая представителей обвинения и защиты, а также потерпевших, подозреваемых, обвиняемых и т.д.) излагать свое мнение по тем или иным аспектам предварительного следствия или судебного разбирательства, за исключением случаев, когда выступления в СМИ указанных лиц содержат признаки преступлений, предусмотренных гл.31 “Преступления против правосудия” Уголовного кодекса Российской Федерации.

Таким образом, по мнению Судебной палаты, положение законопроекта о необходимости дополнительного ограничения прав журналистов на распространение информации, исходя из возможного нарушения ими принципа презумпции невиновности, а также предопределения решения суда, является необоснованной попыткой существенно сузить пределы свободы массовой информации, установленные Конституцией Российской Федерации.

Применение подобной нормы в предлагаемой редакции на практике может означать фактический запрет на проведение журналистских расследований, на комментирование в СМИ предварительного следствия и судебного разбирательства по делам, представляющим значительный общественный интерес.

Судебная палата полагает, что совокупности установленных действующим законодательством обязанностей журналиста проверять достоверность сообщаемой им информации, уважать права, законные интересы, честь и достоинство граждан и организаций, не использовать СМИ для разглашения специально охраняемой законом тайны (в т.ч. тайны следствия, тайны переписки, телефонных переговоров) вполне достаточно, чтобы обеспечить защиту, в т.ч. судебную, прав и законных интересов граждан и организаций от возможного злоупотребления свободой массовой информации.

Учитывая изложенное, Судебная палата обращается к Комитету по информационной политике и связи Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации с рекомендацией вернуться к обсуждению нормы, содержащейся в п.1 ст.18 проекта Федерального закона “О телевизионном вещании и радиовещании” с учетом представленных аргументов.